Церковно-медицинский журнал

Ценности и идеалы современного российского медицинского студенчества

Автор:Л. Б. Ляуш, А. Н. Карелина
20 Ноября 2015

В декабре 2014 — январе 2015 гг. сотрудниками кафедры биоэтики РНИМУ им. Н. И. Пирогова был проведен опрос среди студентов 2 курса лечебного факультета. Число опрошенных составило 398 (72,9%) чел. от общего числа (546 чел.) студентов факультета. Состав опрошенных студентов по полу распределился следующим образом: мужской — 59,3%, женский — 34,2%, не указали — 6,5%.

Основной целью опроса являлось совершенствование качества преподавания биоэтики на основе учета уровня подготовки и особенностей ценностно-мировоззренческих представлений студентов-медиков.

Задачи опроса:

  • выяснить установки студентов по отношению к ключевым проблемам биоэтики;
  • выявить мировоззренческие приоритеты студентов;

Анкета студентов включала в себя две части: первая — проблемы биоэтики, вторая — мировоззренческие вопросы, всего 22 позиции.

Проблемы биоэтики

Основу анкеты составляют вопросы, затрагивающие ключевые проблемы биоэтики: статус эмбриона, искусственный аборт, вспомогательные репродуктивные технологии, клонирование, трансплантология и эвтаназия. В качестве вводных вопросов были предложены вопросы, касающиеся отношения к врачебной клятве и врачебному профессионализму. Так на вопрос: «С Вашей точки зрения, нужна ли клятва врача?» — утвердительно ответили — 89,2% студентов, отрицательно — 10,3%, затрудняюсь с ответом — 0,5%. Данный ответ свидетельствует, что подавляющее большинство студентов признают моральную значимость клятвы врача.

Второй вопрос: «Согласны ли Вы с утверждением, что понятие медицинского профессионализма предполагает моральные качества врача и приобретенное этическое знание?», — иллюстрирует отношение студентов к осваиваемому этическому знанию. Согласились с данным утверждением — 90,2%, не согласились — 6% респондентов. 3,8% опрошенных затруднились с ответом. Преобладание утвердительных ответов свидетельствует как о признании значимости самого предмета биоэтики, так и его роли в формировании медицинского профессионализма.

Проблема начала человеческой жизни

Для выяснения мнения будущих врачей по проблеме статуса эмбриона им было предложено закончить фразу: «Я думаю, что жизнь человека начинается с момента…», выбрав один из четырех вариантов ответов. Большинство студентов связывает начало жизни человека с моментом зачатия — 61,3%, вторую группу по численности составили студенты, считающие началом жизни человека — рождение — 19,6%. Остальные варианты ответов предпочло незначительное число респондентов: «с 12 недель» — 9%, «с 22 недель» — 6,8%. На вопрос: «Согласны ли Вы с утверждением, что жизнь начинается с момента зачатия?», предназначенный для контроля ответов студентов на предыдущий вопрос, — утвердительно ответили — 61,0% опрошенных, отрицательно — 35,2%, затруднились с ответом — 3,8%. Признание большинством студентов за эмбрионом человека всех прав человека, логически объясняет то, что 74,1% респондентов согласны с утверждением о тождественности искусственного аборта и убийства (вопрос 12). Не согласны с этим утверждением — 22,9% опрошенных учащихся, затруднились ответить — 3%.

Отношение к искусственному аборту нашло также отражение в 7, 8 и 9 вопросах анкеты. На вопрос: «Как Вы считаете, можно ли делать искусственный аборт?», — более половины студентов дали положительные ответы — 52,0%, отрицательные ответы дали 44,2%, затруднились ответить — 3,8% (45). На вопрос: «По Вашему мнению, должен ли врач иметь право отказаться от проведения аборта по моральным убеждениям?», — учащиеся вуза отвечают следующим образом: утвердительно — 76,6%, отрицательно — 21,4%, затрудняются ответить — 2,0%. Позиция большинства студентов совпадает с Декларацией о медицинских абортах, пункт 6 которой гласит: «Если личные убеждения не позволяют врачу рекомендовать или сделать медицинский аборт, он должен перепоручить пациентку компетентному коллеге» (принята 24-й Всемирной медицинской ассамблеей, Осло, Норвегия, август 1983; дополнена в 1983 г.) и ст. 70 «Лечащий врач» действующего закона о здравоохранении [1].

Завершает тему искусственного прерывания беременности вопрос: «Существует ли, по Вашему мнению, необходимость запрета искусственных абортов по желанию женщины (к ним не относятся аборты по медицинским и социальным показаниям) в России?». Данный вопрос делит ответы студентов практически на две равные группы: утвердительные ответы составили 47,75%, отрицательные — 47, 25%, затруднились ответить — 5% опрошенных.

Репродуктивные вспомогательные технологии

Экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО) — одна из медицинских технологий, применение которой вызывает наибольшее количество этических вопросов в обществе. Актуальность данной проблемы побудила нас задать студентам вопрос: «Считаете ли вы допустимым экстракорпоральное оплодотворение?». Большинство опрошенных студентов допускают ЭКО — 89,4%. Не допустимым — считают 9,1% опрошенных, затруднились ответить — 1,5%. Столь высокий процент студентов, допускающих ЭКО, на наш взгляд, объясняется двумя обстоятельствами. Первое — данная медицинская технология связана с фундаментальной человеческой потребностью «иметь ребенка», а значит, любая дополнительная возможность ее реализации чисто психологически воспринимается человеком как благо. Второе обстоятельство — недостаточное осознание студентами этических аспектов существа методики ЭКО (гарантированная утрата до 93–94% эмбрионов) и ее реальной «цены» для физического и психического здоровья матери и «пробирочного» ребенка (асфиксия до 90%, неврологические расстройства 53,6%, кризис идентичности ребенка), что создает иллюзию безобидности процедуры.
На вопрос: «Считаете ли Вы морально приемлемым практику суррогатного материнства?», — большинство студентов ответило положительно — 59,8%, отрицательно — 39,4% опрошенных, затруднились ответить — 0,8%. Несмотря на высокий процент сторонников суррогатного материнства, значительное число — 39,4% опрошенных дали отрицательные ответы.

«Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности.

«Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания. Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви (2000 г.)

 

Похожая ситуация и с отношением будущих медиков к фетальной терапии. На вопрос: «Допустимо ли, по Вашему мнению, применение лечебных методик, основанных на использовании фетальных тканей и «лишних» эмбрионов, полученных при ЭКО?» 51,5% студентов ответили на данный вопрос утвердительно. Считают не допустимым применение фетальной терапии — 45,0%, затруднились ответить — 3,5%. Как и в вопросе о технологии ЭКО, сам о ожидание возможного лечебного эффекта от применения фетальных тканей, «перекрывает» факт наличия нравственных проблем, этической реальности, не приемлющей использования человеческих эмбрионов человека (в том числе и абортированных) в качестве лекарственного сырья.

Вопрос о клонировании завершает основную часть анкеты, посвященную репродуктивным технологиям. По данным нашего опроса 76,6% студентов на вопрос: «Допустимо ли, на Ваш взгляд, клонирование человека?», — ответили отрицательно. Допускают клонирование лишь 21,6% студентов. Затруднения вызвал вопрос у 1,8% респондентов. Вопрос о клонировании человека осознается студентами вуза как реальная и серьезная опасность.

Пересадка органов и умирание

В преддверии обсуждения проекта нового закона о трансплантации актуально оценить отношение студентов к одной из ключевых проблем трансплантологии — регулирование посмертного донорства. На вопрос: «По Вашему мнению, обязан ли врач (или другой медработник) информировать родственников умершего человека о планируемом изъятии органов для трансплантации?» утвердительно ответили 93,7%, отрицательно — 6,3% опрошенных студентов. На вопрос: «По Вашему мнению, обязан ли врач (или другой медработник) спрашивать согласие на изъятие органов для трансплантации у родственников умершего человека?» утвердительные ответы дали 88,4%, отрицательные — 10,3%, затруднились ответить — 1,3% опрошенных студентов. А на вопрос: «По Вашему мнению, обязан ли врач (или другой медработник) информировать родственников умершего человека о факте проведения изъятия органов для трансплантации?» утвердительно ответили 92,5%, отрицательно — 6,2%, затруднились ответить — 1,3%. Общим для ответов на все три вопроса является признание большинством респондентов необходимости информирования родственников умершего и о планируемом изъятии органов, и получение согласия у родственников на изъятие органов умершего, и о факте проведения изъятия органов для трансплантации (в тех случаях, когда по каким-либо причинам ранее этого сделать было нельзя).

На вопрос: «Считаете ли Вы допустимой эвтаназию?» 49,3% дали положительный ответ, 48,7% — отрицательный, 2,0% затруднились ответить. В исследовании отмечается тенденция к преобладанию «положительных» ответов на вопрос о допустимости эвтаназии.

По данным опроса, проведенного преподавателями биоэтики КГМА, среди студентов 6 курса лечебного факультета, 52% опрошенных высказались «за» эвтаназию [2, 3]. Вот данные еще одного опроса (2000 г.) выпускников факультета ВСО ММА им. И. М. Сеченова: 72,3% (34) выпускников допускают эвтаназию. Столь высокий показатель отчасти объясняется тем, что в анкете не было графы «затрудняюсь ответить», а было лишь два варианта ответов «да» и «нет». Стойкая тенденция к преобладанию «положительных» ответов не может не настораживать. Тем более что клятва Гиппократа эвтаназию запрещает, все религии мира — запрещают, законодательства подавляющего большинства стран мира запрещают (в России — ст. 60 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан РФ»).

Для выявления аргументов, которыми руководствуются студенты при выборе ответа на вопрос о допустимости эвтаназии, в опросе, проведенном нашей кафедрой в 2001 г., студентам было предложено аргументировать свой ответ. Приведем перечень наиболее значимых аргументов обеих сторон.

На вопрос «Почему Вы считаете не допустимой эвтаназию?» студенты отвечают следующим образом:

  • «так как это убийство и / или самоубийство» — 23,4%;
  • «только Бог вправе решать, жить человеку или нет, это вмешательство в Закон Божий, по религиозным соображениям» — 23,3%;
  • «это противоречит задачам, долгу, миссии врача; это несовместимо с его профессией» — 14,9%;
  • «никто не имеет права лишать жизни другого человека» — 10,6%;
  • аргументы прагматического характера: «общество не готово, нельзя все проконтролировать» и т. п. — 8,5%;
  • «нет ответа» — 19,1%.

На вопрос «Почему Вы считаете допустимой эвтаназию?» студенты отвечают следующим образом:

  • «это гуманно, облегчит страдания, избавит от мучений, из сострадания» — 31,4%;
  • «это право человека, каждый должен иметь свой выбор и т. п.» — 27,5%;
  • «в исключительных случаях: смерть мозга, только пассивную» — 7,7%;
  • «просьба больного — закон, врач лишь орудие и» — 2%;
  • аргументы прагматического характера: «можно, но не в нашей стране, много проблем в материальном смысле» — 1%;
  • «нет ответа» — 19,1%.

Хотелось бы остановить внимание на ряде аргументов сторонников эвтаназии. Наибольшее число студентов, допускающих эвтаназию, аргументируют свою позицию тем, что «это гуманно, облегчит страдания, избавит от мучений». Данная позиция отражает тенденцию возникновения новых смысловых оттенков, вкладываемых современным обществом в уже существующие понятия.

Так понятия «гуманность», «милосердие» связываются сегодня с понятием «убийство» в одно высказывание «милосердное убийство», ставшее синонимом эвтаназии. Незаметно вместо заботы об умирающем больном, паллиативного ухода, включающего максимальное обезболивание, социальную, юридическую, духовную помощь, ему навязывается право на самоубийство.

Вторая позиция в пользу эвтаназии представлена утверждением о том, что «это право человека, каждый должен иметь свой выбор» и т. п. Да, действительно, пациент свободен в выборе, жить ему или нет. Но нельзя при этом ограничивать и свободу и право врача не совершать убийство. Эвтаназия затрагивает интересы и права как пациента, так и врача.

На занятиях студенты — сторонники эвтаназии, как правило, затрудняются ответить на вопросы — зачем нужны отделения эндотоксикологии, например, в больнице им. Склифосовского, где спасают самоубийц? Ведь у пациентов есть право на смерть, и это их выбор — не жить. Или, скажем, если пациент-наркоман просит у врача наркотик, разве правильно будет удовлетворять каждый раз его просьбу? Врач не является безвольным инструментом для достижения целей пациента. Зачастую просьба об эвтаназии исходит от пациента, находящегося в депрессии, и в этом случае необходимо лечить депрессию, а не лишать жизни человека. Известно множество случаев и из военной практики, когда солдаты, оставаясь инвалидами, калеками, в первое время после операции не хотели жить. Позже эти же солдаты благодарили врачей за то, что они не поддались на их уговоры, а сохранили им жизнь. Нередко люди, будучи инвалидами, живут зачастую лучше, чище и счастливее тех, кто совершенно здоров и обладает большими возможностями по сравнению с ними.

Церковь, оставаясь верной соблюдению заповеди Божией «не убивай» (Исх. 20, 13), не может признать нравственно приемлемыми распространенные ныне в светском обществе попытки легализации так называемой эвтаназии, то есть намеренного умерщвления безнадежно больных (в том числе по их желанию). Просьба больного об ускорении смерти подчас обусловлена состоянием депрессии, лишающим его возможности правильно оценивать свое положение. Признание законности эвтаназии привело бы к умалению достоинства и извращению профессионального долга врача, призванного к сохранению, а не к пресечению жизни. «Право на смерть» легко может обернуться угрозой для жизни пациентов, на лечение которых недостает денежных средств.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви (2000 г.)

Мировоззренческие вопросы

Вторая часть анкеты посвящена мировоззренческим вопросам. Анализ ответов на мировоззренческие вопросы показывает, что большинство студентов не безразличны к религии. Лишь 11,3% считают себя атеистами. При этом доля считающих себя православными составляет 59,0%, католиками — 0,8%, мусульманами — 14,6%, иудеями — 2%. Ответившие другое — 12,3%.

В связи со специфичностью проблем биоэтики зачастую, требуется учитывать не только медицинские и юридические, но и духовные аспекты жизни человека, связанные с умиранием, рождением, правом пациента на совершение религиозных обрядов в стационаре. Согласно законодательству, действующему в настоящее время, в состав участников этического комитета может входить помимо медиков, юристов, философов и священник. На основании вышеизложенных причин студентам был предложен вопрос: «Допускаете ли Вы преподавание ряда тем (смерть, жизнь как ценность) по курсу биоэтики духовным лицом (священником?)». Большая часть опрошенных студентов ответили утвердительно — 58,8%. Отрицательные ответы дали — 39,4% опрошенных студентов, затруднились ответить 1,8%. Интересные ответы были получены на следующий вопрос: «Можете ли Вы назвать человека, который являлся бы для Вас идеалом врача?» Результаты опроса показали, что 56,01% студентов не имеют своего идеала врача. Утвердительно ответили на вопрос 38,2% студентов.

В подобном опросе, проводившемся в 2001 г. нашей кафедрой, было предложено, вписать имена, тех людей, кто является для них идеалом врача. Ответы студентов, назвавших свой идеал врача, разделились на три группы:

  1. Родители и близкие родственники — 8,6% (22).
  2. Выдающиеся ученые — 12,5% (32).
  3. Преподаватели кафедр университета — 9,8% (25).

Среди выдающихся ученых студенты называли имена: Гиппократа, Авиценны, Парацельса, Н. И. Пирогова, Н. Ф. Филатова, Бенджамина Спока, Ф. П. Гааза, свт. Луки (Войно-Ясенецкого), А. Н. Бакулева и других. Чаще других упоминалось имя Н. И. Пирогова — 6,6%.

Своеобразными критериями нравственности может служить вопрос об отношении к СМИ (вопрос 4) и об отношении студентов к добрачному целомудрию как ценности (вопрос 5). Большая часть студентов — 56,3% разделяет мнение о пропаганде СМИ «сексуальной революции»; 37,9% — считаю процессы, происходящие в обществе и СМИ нормальными.

На вопрос: «Является ли, на Ваш взгляд, достоинством добрачное целомудрие человека?» большинство студентов ответили утвердительно — 65,1%, отрицательно — 31,9%, затруднились ответить 3,0%. Для сравнения при опросе 2001 года, ценность добрачного целомудрия признавали лишь 29,7% опрошенных студентов [3].

Для оценки отношения студентов к анкетированию в заключение анкеты им был задан вопрос: «Согласились ли бы Вы еще участвовать в опросе?». Большинство респондентов — 82,7% согласилась участвовать в аналогичных опросах в дальнейшем. Это обстоятельство свидетельствует о интересе студентов к участию в подобных опросах.

Литература

1. Врачебные ассоциации, медицинская этика и общемедицинские проблемы. Сборник официальных документов. М., 1995. С. 23.

2. Терещенко Ю. А. и соавт. Биоэтика в представлении студентов/ Биоэтика в вузе // Биологическое, соматическое, социальное, психическое и духовное здоровье студентов и преподавателя вуза. МЗ РФ, КГМА. Материалы межвузовской конференции 7–8 февраля 2001 г. Красноярск, 2001.

3. Ляуш Л. Б. и соавт. Мировоззрение и биоэтические представления российских студентов медиков // Медицинское право и этика. № 2. 2002. С. 67–82.

Исследование выполнено при поддержке гранта РГНФ, № 14-03-00581

В отношении проблем биоэтики редакция журнала «Церковь и медицина» строго придерживается взглядов, изложенных в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви».

 

Важным событием ушедшего 2019 г. для журнала «Церковь и медицина» стало его вхождение в РИНЦ (российский индекс научного цитирования). В связи с этим в оформление статей введены элементы классификации, способствующие точному и быстрому нахождению текстов поисковыми системами. В новом, девятнадцатом, выпуске журнала опубликованы материалы XXVII Международных образовательных Рождественских чтений. В разделе, посвященном работе секции ОПВР «Роль наследия святых целителей и докторов в формировании личности современного врача», представлены тексты прозвучавших докладов. Сквозная тема номера — наследие святителя Луки (Войно-Ясенецкого) — затрагивается как в статьях по докладам Рождественских чтений, так и в исторических материалах, в рубрике «События, факты, комментарии». Одна из ведущих тем выпуска — отношения врача и пациента. Этим вопросам посвящен ряд публикаций в разделах журнала: в первую очередь материалы работы секции ОПВР в рамках Рождественских чтений, в также в разделе «Милосердное служение». Рубрика «Практические вопросы современной медицины» представляет статьи, в которых рассматриваются вопросы, актуальные для врачей разных специальностей. Они подготовлены авторами на основе своих докладов на заседаниях Общества православных врачей Санкт-Петербурга. С православными медицинскими конференциями и чтениями, прошедшими в разных городах России: Смоленске, Северодвинске, Санкт-Петербурге, Курске, знакомят материалы рубрики «События, факты, комментарии».

Читать анонс полностью